Программа «Короткий разговор»
Гость: Дмитрий Апаршев, управляющий по информационным технологиям Вкусвилл.
Ведущий: Павел Короткий, основатель и генеральный директор Globus.

Павел Короткий:
Здравствуйте, уважаемые телезрители. В эфире программа «Короткий разговор», с вами ее ведущий Павел Короткий. Сегодня у нас в гостях Дмитрий Апаршев, управляющий по информационным технологиям Вкусвилл.
Вкусвилл – про что компания? Что в генетическом коде все-таки: это больше технологическая компания, либо это ритейл?

Дмитрий Апаршев:
Все-таки это про эволюционную цель, а именно здоровое питание доступно каждому. Все-таки это ритейл, и наша цель сделать так, чтобы наши клиенты могли питаться правильно.

Павел Короткий:
Какая роль IT в этом случае, что делает IT, что он обеспечивает?

Дмитрий Апаршев:
Колоссальная роль, так отвечу. Такой мир, что ничего, к сожалению, без информационных технологий, без IT-продуктов на текущий момент не работает. Ну и с учетом того, что сейчас уже все-таки больше, чем 50% бизнеса – это онлайн сектор – доставка продуктов на дом, или сама вывоз через мобильное приложение, то конечно, IT еще в разы вырастает в глазах, как ценность для компании в целом и для покупателя.
 

Павел Короткий:
IT все-таки направлено больше на работу с клиентами, либо решает внутренние задачи бизнеса?

Дмитрий Апаршев:
И так и так, конечно же. У нас есть и конечные клиенты, то есть покупатели, которые взаимодействуют с нашим мобильным приложением, с кассами, например, в торговых точках, в магазинах, так и внутренние клиенты – это наши сотрудники, это розница в смысле сотрудники непосредственно магазинов, которых 20 тысяч человек, это сборщики, это курьеры, это офисные сотрудники. В общем, все продукты, которые обслуживают и помогают этим сотрудникам выполнять и доставлять свою ценность для конечного покупателя.

Павел Короткий:
Какой самый прикольный продукт, что больше всего нравится, от чего загораешься?

Дмитрий Апаршев:
Это мобильное приложение наше, которое довольно сложно и, с другой стороны, быстро запускалось с нами в тот период, когда оно должно было запуститься, это начало пандемии, когда вдруг мы поняли, что помимо офлайн-магазинов все-таки можно развивать еще и онлайн-бизнес. И в тот момент на рынке не было сильных игроков по онлайн-доставке, и нашим решением было пойти в создание своего сервиса доставки, мобильного приложения, и мы начали очень-очень быстро создавать этот продукт. А все-таки помимо мобильного приложения там еще и огромное количество других продуктов: мобильное приложение курьера, мобильное приложение сборщика, движок управления заказами, все, что с этим связано. И в тот момент начался довольно активный рост в целом нашего подразделения IT-компании, и до сих пор это приносит нам драйв и удовольствие от работы на конечного покупателя.
 

Павел Короткий:
Один технический вопрос позволю себе задать. При запуске онлайн-приложений одна из проблем – это контроль для остатков в магазине, чтобы ты мог предсказать, либо получить, что в итоге там лежит, и можно ли это продать. Как эту проблему тогда решали, и насколько сейчас механизм изменился, насколько высокая точность?


Дмитрий Апаршев:
Если мы говорим про онлайн-доставку с дарксторов, то есть с помещений, где нет конечных покупателей, то там все просто и нет таких проблем. Если идет заказ товаров с точки, где обслуживается покупатель, всегда есть риск того, что покупатель взял последнюю бутылочку воды, либо чего-то другого, положил ее в себе в корзину, и, конечно же, у него никто уже не отнимет из корзины, если вдруг поступил такой заказ с этой номенклатурой. В этом случае задача сборщика в зависимости от пожеланий покупателя, либо позвонить ему, либо заменить на аналогичные товары, прокоммуницировать с покупателем.

Павел Короткий:
Это с точки зрения бизнес-процессов. А внутри предиктивная модель работает?

Дмитрий Апаршев:
Нет, все очень банально, там никаких алгоритмов искусственного интеллекта до сих пор нету, просто на остатках. В онлайне остатки постоянно обновляются, мы видим реальный остаток на торговой точке с учетом предзаказов, с учетом заказов на будущие слоты, есть механизм резервирования товаров, но это алгоритмическая работа.

Павел Короткий:
Про стрессовый сценарий, если IT отключится в компании, она сможет дальше жить? Насколько это вероятно?

Дмитрий Апаршев:
Оффлайн, конечно, сможет. Оффлайн-точки работают обособленно, кассовое решение раскатано на саму кассу, цены выгружаются туда раз в сутки, и при отключении интернета, либо что-то случается на торговой точке, касса может пробивать чеки, да, будут проблемы с лояльностью, невозможно прокатать свою карту, списать бонусы, но в целом пробить товар без проблем можно. Ну, если, опять же, нет совсем интернета, то будет проблема с эквайрингом, там сможем банковской картой принять оплату в некоторых случаях, если уж совсем проблема глобальная, но в целом оффлайн работает.
С онлайном, конечно, тяжелее, он работать не будет, и мы не сможем ни заказ принимать, ни отгружать.

Павел Короткий:
Решение делать свое приложение, вместо того, чтобы, например, в Яндекс.Лавку интегрироваться, хотя ВкусВиллы в Яндекс.Лавке тоже есть, тем не менее, стратегически оно правильное?

Дмитрий Апаршев:
На мой взгляд, абсолютно правильно. Кажется, что у нас, если сказать не у одних, но из одних ритейлеров, онлайнеров, у которых направление онлайн бизнеса эффективное. Конечно, огромное количество подводных камней и рисков в связи с этим есть, но кажется то, что мы делаем, нужно нашему покупателю, и ровно поэтому мы это делаем.

Павел Короткий:
Интересный опыт внедрения инноваций, в свое время все ходили с электронными ценниками, были вопросы с запуском магазина без продавца. Вы как технологическая компания такие фишки какие-то у себя тестируете?

Дмитрий Апаршев:
Пять раз помню на своей памяти, когда мы пытались внедрить электронные ценники и запускали магазин без кассира, который работает вообще, у нас был такой пилот, все работало там на весах и на компьютерном зрении, к сожалению, были вынуждены прекратить этот пилот, как раз тоже в период пандемии, потому что все перестали ходить.
И все-таки основная потребность покупателя в онлайне это не взаимодействовать с продавцом, или минимально взаимодействовать с продавцом, а все-таки, когда человек идет оффлайн, он хочет взаимодействовать с продавцом, и, к сожалению, та модель, которая была на тот момент, она оказалась неэффективной.
Тем не менее, у нас есть проект ночного магазина без кассира, когда мы, как правило, в закрытых жилых комплексах, тот магазин, который работает днем в обычном режиме, ночью закрывается. И покупатель по своей карте может зайти в магазин на кассе, пробить товар и спокойно уйти. Такая возможность есть, довольно активно она масштабируется у нас, но и другие варианты развития магазинов без кассиров мы сейчас тоже рассматриваем. Но все-таки хочется оставаться человечными и не уходить в обезличивание сервиса. Для нас все-таки очень важна коммуникация. 

Павел Короткий:
Какие ты сейчас видишь технологические тренды, инновационные, которые могут выстрелить через пять лет, что сейчас в ритейле коллеги по цеху либо в мире тестируют? 

Дмитрий Апаршев:
Уже нашумевший искусственный интеллект. Тоже этим занимаемся активно и довольно успешно, уже много положительных кейсов внедрения есть и в том же мобильном приложении внутри, внутренних сервисов, айтишных продуктов.
И второе направление выделил бы роботизацию. Физическую роботизацию, связанную с роботизацией процессов как на производстве, так и во взаимодействии с покупателями в том или ином виде. На текущий момент всё-таки довольно дорогостоящие технологии, как мы видим, но тем не менее они показывают успех.
Недавно был чемпионат роботов по забегу, робот поставил рекорд на полумарафоне, пробежал быстрее, чем человек впервые в жизни. То есть прогресс шагает в этом плане довольно сильно, быстро. Я думаю, что робитизация когда-то и выйдет на улицу в широком смысле, и мы тоже будем соприкасаться с этим. 

Павел Короткий:
Вот интересно, где та точка, когда роботы начнут окупаться? Я могу ошибаться, но последняя сборка того же робота Юни-3, это что-то в порядке двух миллионов уже стоит, и простите меня, найти человека, обучить его, поддерживать, кажется, уже где-то близко. Не считали эту цифру у себя?

Дмитрий Апаршев:
Однозначно будет точка безубыточности. Тут два фактора. Первый фактор — это стоимость самих роботов, второй фактор — это стоимость человеческого труда на тех процессах, где робот заменяет человека. Исходя из трендов, стоимость роботов снижается, а стоимость зарплатных плат растёт. И когда-то эта точка безубыточности будет найдена. Когда? На мой взгляд, года через два. 

Павел Короткий:
Спрошу про генеративный интеллект. Ген-ИИ, вот эти все LLM-ки, малые языковые модели, большие языковые модели, какой сейчас опыт использования их? Нашли ли себя какую-то нишу, где она действительно работает?

Дмитрий Апаршев:
Нашли, и довольно успешно. И в первую очередь это всё, что связано с рекомендательными системами. То, с чем касаются наши покупатели, даже не зная о том, что они касаются с искусственным интеллектом, они с ним всё-таки взаимодействуют на уровне мобильного приложения. Там довольно большое количество инструментов и по поисковой выдаче, и по ранжированию в каталоге, и по тому, какие акции предлагает в системе лояльности приложение на индивидуальном порядке. Мы говорим не просто о применении искусственного интеллекта локально, а всё-таки про персонализированные истории, и в этом плане довольно успешно это применяется в рекомендательных системах.

Другой пример могу привести с распределением товаров по торговым точкам, с учётом того, что всё-таки мы продаём товары с преимущественно коротким сроком, это кулинария, и всё, что связано со сроком 3-4 буквально дня. Здесь очень важно понимать ожидаемость спроса от нашего покупателя в конкретных точках, с учётом огромного количества факторов, в том числе и внешних, например, погода, праздники и так далее. И здесь тоже довольно неплохо нам помогает искусственный интеллект прогнозировать спрос покупателей и распределять эти остатки товаров из распределительного центра по торговым точкам, так и заказывать эти товары поставщикам. 

Павел Короткий:
Есть ли рассмотреть рабочие кейсы для сотрудников? Интересно что-то щупаете? Есть истории, где это помогает рядовым сотрудникам – сборщикам, курьерам, кассирам, бухгалтерам, финансистам? Интересен опыт именно ритейл-профессии. 

Дмитрий Апаршев:
На самом деле, с этим сложнее. Эксперименты ведутся. Но так, чтобы чем-то громко похвастаться, наверное, пока что на текущий момент нечем.
Из того, что хорошо делает искусственный интеллект, это обрабатывает уже существующую информацию. И это является огромной помощью для горячей линии, например, которая помогает обрабатывать звонки. И искусственный интеллект помогает специалистам горячей линии обрабатывать обращения от покупателей. Опять же с акцентом на человечность и клиентоориентированность. Наша задача не уходить прямо в то, чтобы искусственный интеллект начинал отвечать напрямую нашим покупателям на обращения. Наша задача помочь операторам обработать качественную заявку и сделать некий предответ для того, чтобы дальше оператор смог отправить нашему покупателю.

Павел Короткий:
А вот если персонально про тебя сказать, где АИшку используешь? Интересная еще управленческая практика. Как руководители используют? Есть ли какие-то необычные кейсы, которым можешь поделиться как управление?

Дмитрий Апаршев:
Наверное, настолько в массы вошло, что тут тоже уже сложно чем-то так похвастаться. Конечно, с точки зрения принять какое-то решение, искусственный интеллект помогает. Если правильно сформулировать промпт и его задать искусственному интеллекту, иногда он четко, структурированно помогает выдать решение, которое можно обдумывать долго. С другой стороны, он очень хорошо подсвечивает возможные риски и может сформулировать вопросы для того, чтобы принять это решение. Это такое с помощью обычных языковых моделей, что делается.

С другой стороны, в сфере своей айтишной профессии, программисты сейчас все больше используют вайбкодинг. Тут тоже свое свободное от работы время иногда получается что-то поделать. То, что делалось раньше многими часами и неделями, сейчас с помощью искусственного интеллекта можно сделать очень быстро. С другой стороны, надо сказать, что это дальше не очень понятно, как встраивать в существующий ландшафт системы. Мы все-таки работаем с высоконагруженными информационными системами. У нас количество заказов ежедневное, вот в предновогодние пики, это свыше 600 тысяч заказов. Количество операций колоссальное. Ландшафт довольно сложный и высоконагруженный. Как это будет работать при встраивании в нагруженную систему? Будут вопросы.

Но мы в это идем. Сейчас огромное количество времени уделяем на то, чтобы заниматься просвещением наших сотрудников внутри IT на работе с искусственным интеллектом. Надеюсь, что это позволит нам улучшить производительность нашего труда.


Павел Короткий:
Задам немного каверзный вопрос. Сейчас есть два тренда. Вайбкодинг, ИИ-агенты. Многие собственники бизнесов носятся с идеей, что надо всех заменять на AI и увольнять 80% сотрудников.
Есть тренд того, что действительно идет, это частично вайбкодингу начинают обучаться бизнес-подразделения, т.е. непосредственно функции. И они начинают, по сути, IT-работу отъедать на себя. Насколько ты в этот тренд веришь, что неквалифицированный бизнес-заказчик может освоить вайбкод, и 20-30-40% своих запросов начать кодить у себя. А другой вопрос, сможет ли ему это IT дать? Потому что это ведь ландшафт, инфраструктура, безопасность.

Дмитрий Апаршев:
Это хороший вопрос. Отвечаю на первый. Верю ли я? Только сегодня обсуждали очень интересный кейс и решили паренька перевезти к себе в IT. Он курьер. Вечером, ночью, когда проводились технологические работы на серверах, и приложение было недоступно, он сидел от безделия и начал ковырять искусственный интеллект и на вайбкодил свое мобильное приложение. Подключился к нашему API, и по сути, у него готовое мобильное приложение, которое имеет заказы, выбор курьеров, стоимость доставки, в общем все-все он видит в этом приложении. С учетом того, что все данные по API мы передаем.

Класс? Класс! Дальше будем продолжать с этим пареньком что-то делать. Другой вопрос. Повторюсь, как это будет работать на наших объемах? Пока ответ открытый. Будем тестировать.

Павел Короткий:
Ты сам, как руководитель по ИТ, готов бизнес-заказчиков во внутреннюю инфраструктуру пустить, чтобы они что-то кодили?

Дмитрий Апаршев:
А почему нет? Пожалуйста. У меня тут никаких противоречий нет. Точно не буду против. Если это хорошо для конечного пользователя приложения, почему нет?

Павел Короткий:
Еще один из каверзных вопросов. По последним исследованиям, профессия разработчик с вероятностью 8 из 10 вымрет. Это значит, что 8 из 10 разработчиков скорее всего будут не нужны. А как думаешь, когда может пойти огромное количество освободившихся когнитивно развитых специалистов и куда это все будет двигаться?

Дмитрий Апаршев:
Хороший вопрос. Верю ли я в то, что это произойдет в ближайшее будущее? Нет, не верю. У нас такой задачи не стоит ни на этот год, ни на следующий. Наша задача повышать производительность труда и делать больше и лучше, не сокращая штат наших специалистов. Произойдет ли это когда-то в будущем? Наверное, произойдет. А куда пойдут специалисты с учетом и тренда на роботизацию, наверное, в производство. У нас в стране демографическая яма, огромная нехватка рабочего персонала, инженеров. Поэтому будет, значит, какая-то переквалификация труда.

Павел Короткий:
Еще один из вопросов – это вхождение в профессию айтишника. Искусственный интеллект не уволил программистов, но сделал вход в профессию гораздо более сложным. На джуновские профессии сейчас очередь стоит. Народ много выучился, а в итоге куда работать, не знает идти. Как вы относитесь к джунам, как их воспитываете, как ищете? Обучаете ли сейчас джунов?

Дмитрий Апаршев:
У нас сейчас перевес в сеньоры. Если смотреть разбивку по нашим грейдам внутри компании, все-таки преобладают сеньоры. Почему это так? Потому что сейчас рынок работодателя и довольно много на рынке уже готовых специалистов, которых можно приглашать на работу и с ними делать сразу какие-то крутые вещи. С другой стороны, действительно, джунов много. Не значит, что мы отказываем и не берем джунов. У нас в прошлом году была практика, когда мы сами одаренных ребят стажировали у себя в компании, даже не имея какого-либо диплома в айтишной части. Их натаскивали. Они у нас сейчас довольно активно работают.Такие практики тоже применяем.

Павел Короткий:
Что бы ты посоветовал, топ-3 навыков молодым специалистам, чтобы прийти с нуля и начать работать в Вкусвиле? На что ты обращаешь внимание?

Дмитрий Апаршев:
Наверное, меньше, чем три. Это два.
Первое — это слушать, а второе — слышать. Когда и то, и другое удается сделать, и если у тебя есть какой-то талант работать хорошо, это тоже все-таки талант. И тогда все получается.

Павел Короткий:
Чем ИТ-директор отличается от сеньора и джуна? В чем он еще преуспел и действительно смог стать управляющим по ИТ, а у других это не получилось?

Дмитрий Апаршев:
Не скажу за всех директоров по ИТ, скажу за себя. Все-таки моей основной функцией стоит собирать команды и быть связующим звеном внутри коллектива для того, чтобы реализовывать те или иные задачи. На самом деле, в этом плане даже лучше применим термин не управляющий, не руководитель, а лидер. В первую очередь для себя я ставлю такие задачи, это собирать команды для того, чтобы они делали продукты быстрее, лучше и сильнее, даже когда они умнее меня. Это намного лучше.

Павел Короткий:
Если взять все технологии, которые были за последние пять лет, всегда в истории ИТ были какие-то фишки, которые были самыми никчемными и ненужными. Как считаешь, какая технология не выстрелила за последние пять лет? Потестировали все и разочаровались. Есть у тебя мнение на эту тему?

Дмитрий Апаршев:
Есть. Если говорить из продуктовых направлений, то, что непосредственно потратили огромные усилия с точки зрения архитектуры, с точки зрения создания функциональности в наших сервисах, можно, наверное, выделить предзаказ, когда, например, потратили довольно большие усилия для того, чтобы покупатель мог заказывать на будущее товары. И в конечном итоге это просто казалось ненужным для покупателя. Тут скорее такая ошибка исследований на входе. Как решать такие вещи? Все-таки слышать нашего клиента, покупателя, собирать с него обратную связь и минимизировать такие расчеты. Ненужные ошибки.

Павел Короткий:
Передачу всегда надо на позитивной ноте заканчивает. Чего ты желаешь под конец года? Чтобы конец года был, ты сказал: «да, мы поработали классно, все было клево, все было идеально сделано».

Дмитрий Апаршев:
Наверное, две вещи такие. Это довольный клиент и довольный сотрудник.

Я много сегодня говорил про то, как мы взаимодействуем с нашими покупателями, с сотрудниками, но у нас армия наших специалистов в количестве тысяч человек, которые все это делают и несут на своих руках и поэтому если внутри нашего коллектива здоровая, хорошая атмосфера, это и позволяет достигать хороших результатов.