«Люди. Проекты. Деньги»
Гость программы: Сергей Балакин, председатель Правления Фора-Банка.
Ведущий: Владимир Иванов, управляющий партнёр ГК «Спектрум».
Владимир Иванов:
Здравствуйте, дорогие зрители, в эфире программа «Люди. Проекты. Деньги». У нас сегодня в гостях Сергей Витальевич Балакин, председатель Правления Фора-Банка.
Я посмотрел ваш трудовой путь, вы прям банкир-банкир. У вас очень мало рабочих мест, видимо, в трудовой книжке. Мне это нравится, это говорит о стабильности. А кто вы на самом деле?
Сергей Балакин:
Последние 25 лет банкир-банкир. Попал в банк после службы и очень понравилось. И то, что делают сегодня кредитные организации, действительно людям надо.
Когда я пришел в первый свой банк, банков было порядка 2000 в стране, сегодня их чуть больше 300. Банковская система меняется, но исторический, классический, консервативный банкинг я люблю, мне видится это интересным, этим и занимаюсь.
Владимир Иванов:
Я не задумывался на самом деле, насколько сжался этот сектор, отрасль.
Сергей Балакин:
Его до сих пор называют сектором, хотя в свое время, в начале 2000-х, банкиры очень пытались продать регулятору название «система», не смогли. Может, этим и обидели, и нас стало меньше.
Владимир Иванов:
Кажется, что просто нас всех поделили на системных и несистемных.
А скажите-ка, поскольку практически 16 лет в Фора-Банке, в нем что-то держит, почему-то нравится.
Сергей Балакин:
Я очень люблю Фора-Банк, я очень часто начинаю этими словами интервью с кандидатами на работу. Я действительно его очень люблю.
За эти почти 16 лет банк серьезно вырос, он во многом изменился, и тем не менее, здесь, пожалуй, скажу о нескольких своих достижениях. Те люди, которые работали до меня, в том числе на уровне заместителей, до сих пор работают. Большое количество людей, которое работало до меня в банке, до сих пор работают. При этом появились новые люди, и с точки зрения количества людей, сейчас это более 2000 человек-сотрудников, количество людей, зоны присутствия, объемов бизнеса банк существенно изменился.
Я его просто люблю, мне нравится ходить и приносить пользу вместе с нашим банком, и я сам получаю огромное удовольствие от работы в этом банке.
Владимир Иванов:
Кажется, это мощный совет молодому поколению. Надо любить ходить на свою работу.
Сергей Балакин:
Пожалуй, это большое счастье. Находите то дело, которое вам нравится, а если это является работой, то вам за это еще и платят. Это же супер. Ты делаешь то, что тебе нравится, и тебе за это платят. Огонь.
Владимир Иванов:
А все-таки предправление – это лидер. То есть, руководитель, лидер. Есть, наверное, когнитивная разница между этими двумя понятиями. Не все руководители – лидеры иногда, но хорошие руководители, наверное, должны быть лидерами.
Сергей Балакин:
Сложная, Владимир, тема.
По моему мнению, руководитель, так или иначе, когда мы говорим о бизнесе, о предпринимательстве, мы помним, предприниматель – это тот, кто на свой страх и риск, за свои средства и со всеми остальными сложностями, вытекающими из первого и второго, осуществляет и что-то делает полезное для кого-то. Так вот, в предпринимательстве все-таки руководитель, по моему мнению, это всегда лидер.
Владимир Иванов:
А вы лидер какой? Вы впереди коллектива? То есть, все инновации, предложения, изменения – вы их автор? Или вы в штабе?
Сергей Балакин:
Нет. В этом смысле я отношусь к лидерам, задача которого создать такую систему, в которой людям интересно, и тогда они рождают инновации. Цели и задачи, несомненно, от лидера, от руководителя, от акционера, не забываем его, мы же помним с вами, что большое количество руководителей через, по-моему, в статистике 5 лет считают, что собственники бизнеса им не нужны, они все знают и сами все могут.
И тем не менее, цели, задачи – это акционеры и руководитель, ну или в Фора-банке это правление, а исполнение инициатива и наполнения текущей жизни, в том числе инновациями, идеями, изменениями, это все-таки гораздо больший круг сотрудников, мы стараемся сделать так в банке, чтобы и на любой должности была возможность проявить эту инициативу.
Владимир Иванов:
Т.е. вы не повели все правление на Эльбрус за собой?
Сергей Балакин:
Я пока не смог этого сделать. В этом, наверное, есть плюс и минус, хотел сказать, что здорово было бы, когда у людей, работающих в одной организации, есть еще и увлечения одинаковые. Пожалуй, в этом есть некий плюс, но однако есть и минус. Минус заключается в том, что мы разные, у нас разные увлечения, и кто-то идет на Эльбрус, а кто-то увлекается иными путешествиями, ходит в Большой театр, в балет, занимается с детьми, воспитывает детей, внуков и ловит с ним рыбу. Мы разные, это позволяет нам интересно общаться, помимо того, что мы вместе работаем.
Владимир Иванов:
Я вот скажу, что, может быть, потому что вы разные, поэтому минус 1600 банков, и вы не в их числе. Возможно, что в этом есть какой-то смысл, когда люди разные в них, за разными увлечениями идут, и какие-то нюансы в том, как они смотрят на бизнес, которым управляют, возможно, что это очень помогает в устойчивости. Такой вариант диверсификации.
Давайте пообсуждаем вечную тему про курицу и яйцо. Вы всё время говорите, что люди – это основа бизнеса. А вот люди или клиенты? Может быть, даже не про Фора-банк, а вообще про банковский бизнес. Люди или клиенты?
Мне всегда говорили, что в этом банке хорошие клиенты, поэтому банк устойчив, ведёт правильную финансовую политику, потому что иначе нельзя.
Сергей Балакин:
Я всё-таки вспомню эту историю, мне кажется, что она может относиться не только к кредитным организациям, но я её очень часто говорю про банк.
Банк – это люди, в данном случае я говорю о сотрудниках, деньги и технологии. Все эти три составляющие должны существовать обязательно, а вот в разное время развития экономики, внешних условий и на разных этапах жизни организации, в данном случае банка, приоритет может быть за одним, за вторым или за третьим. В текущей ситуации, ну вот сегодня, находясь в 2026 году, утверждаю – на первом месте люди.
Проще всех адаптироваться, получится к текущим изменяющимся условиям, а в чём сложность текущего момента, зацепиться не за что совсем, отсутствие стабильности, что будет происходить в будущем, почему происходит что-то сейчас, к сожалению, большинство этих вопросов на сегодняшний день остаётся без ответа у специалистов, аналитиков разного уровня. Так вот, проще всего к этой ситуации адаптироваться организациям, у которых правильно построено взаимодействие сотрудников, команде.
Владимир Иванов:
Вы сейчас о корпоративной культуре, да?
Сергей Балакин:
Я говорю о корпоративной культуре, о подборе этих людей, о том, долго они работают или нет, и какого они возраста, по корпоративной культуре в широком смысле. Несомненно, банк никуда не уедет без денег, несомненно, не уедет без какого-то уровня технологий, но в текущей ситуации, когда организация для того, чтобы выполнить поставленные акционерам цели и выжить в непростой ситуации, должна уметь быть гибкой, антихрупкой, быстро изменяться, то сегодня вот это делают конкретные люди.
Владимир Иванов:
Хотелось поругать, что вы немодный, вот вижу элемент костюма «Тройка», вы, наверное, из какого-то количества моих гостей единственный в костюме «Тройка».
Вы в своих выступлениях редко говорите про технологию, про экосистему.
Сергей Балакин:
Мы коснулись этого в первом вопросе с вами, всё-таки мне нравится классический консервативный банкинг, суть которого заключается прежде всего в сохранении временно свободных средств, принадлежащих гражданам, домохозяйствам, предпринимателям, и даже, если нужно, то государству. В размещении этих денег при умении оценивать риски в те направления, где эти деньги нужны в виде кредитов. И обслуживание юридических лиц, предпринимателей и физических лиц с точки зрения предоставления банковских услуг.
Да, я не сторонник того, что сегодня называется экосистемами. По моему мнению, экосистема превращает банк в организацию, в которой большое количество нефинансовых дополнительных сервисов, и я полагаю, что они не обязательно должны быть в банке.
Для меня банк консервативный, более устойчивый, имеет больше шансов в будущем предоставить клиенту правильные услуги. Ну и мало того, предоставить их человеческим лицом, т.е. мы, фокусируясь на банковских услугах, имеем еще одну традицию, преимущество посыл наших сотрудников к любым клиентам, мы готовы с ними разговаривать.
У Фора-банка большое количество офисов, мы в 20 регионах, у нас 192 точки присутствия, разные, маленькие, большие, под разные наши виды бизнеса, но мы везде общаемся с людьми, понимая, что они люди, и предоставляя услугу.
Владимир Иванов:
Да, хорошую тему вы затронули, мне как раз хотелось спросить, какова должна быть стратегия среднего по размерам банка, которого, условно говоря, он не может создать вокруг себя какую-то существенно большую экосистему и зарабатывать с нее. И, например, не хочется уходить в логику, что банк – это придаток торговой платформы, маркетплейса, мы такие ситуации с вами тоже видим.
А может быть, все-таки коснемся темы банковской стратегии. Как надо выживать?
Сергей Балакин:
Это интересная история. Стратегия – это же предположение того, что будет в будущем, чтобы мы одинаково понимали этот термин, и выработка каких-то шагов, которые к этому будущему, наверное, тебя подвели.
Владимир Иванов:
Ты сначала формируешь образ будущего, который хотел бы иметь для своего бизнеса, и который как-то совпадает с представлением о реальности, а потом ищешь пути, как его достичь.
Сергей Балакин:
Центральный банк лет 16-18 назад начал обращать внимание на наличие и отсутствие стратегии в банке, может быть, с 2007-го года очень активно, что это важно для правильного банка.
Восьмой год привел к тому, что, я помню, у нас была такая история. Стратегия может быть выражена одним словом – надо выжить, а в девятом – несколькими словами – выжить и немного заработать.
С точки зрения стратегии, несомненно, у нас есть цели и задачи. Сегодня время наноуправления, как его сегодня называют, сегодня каждый день ты начинаешь день с того, чтобы понять, та цель, которую ты вчера поставил на послезавтра, она еще правильная, или уже нет, или ее сегодня не надо переставить.
С одной стороны, для среднего банка сегодня на верхнем уровне под стратегией понимает, что ты делаешь, как ты делаешь. Для среднего банка в Российской Федерации за последние годы не так много выборов, средний банк, в отличие от большого, не может сфокусироваться на каком-то одном направлении. Средний банк – это почти всегда всеядный, и стратегические правильные решения для среднего банка, по моему мнению, заключаются в том, чтобы, как в этой хорошей замечательной поговорке: дай бог мне сил сделать то, что я могу, ума не замахиваться на то, что не могу сделать, и дай бог мудрости, чтобы отличить первое от второго.
С точки зрения стратегии средним банком надо уметь делать хорошо то, что они могут, не замахиваться на то, что они могут. Большие что-то могут иное, это не всегда наш рынок.
А вторая часть, с точки зрения стратегии, я люблю ходить пешком в горы, на вершины, мы коснулись Эльбруса, и однажды поймался на интересной мысли, ведь стратегия – это постановка целей и какие-то шаги по достижению. Что происходит во время похода в гору, на восхождение, на вершину? У тебя есть точно конечная цель. Ты её выбрал, я был во многих странах, и в нашей в том числе, Эльбрус – не первое восхождение.
И вот такая параллель с управленческими подходами к планированию. У тебя есть время для достижения этой цели, у тебя есть какие-то силы, какие-то, у всех разные, для того, чтобы это достичь, обычно это достаточно физически сложное мероприятие. А дальше интересный момент, по аналогии со стратегией.
Но у тебя есть цели каждый день, ты идёшь из одной точки в другую, и достижение большой цели делится на некоторые этапы. Ты каждый день проходишь какое-то количество километров, может быть, делаешь какие-то тренировки, может быть, проходишь акклиматизацию, и если ты все эти маленькие этапы сделал, шанс того, что ты достигнешь той большой цели, гораздо больше, нежели ты вот этого не сделаешь.
Пожалуй, в текущей работе, с учётом большой неопределённости во внешних условиях, делить большую цель на маленькие, и сверять её гораздо чаще, чем раньше, очень полезно, важно для любого предпринимателя.
Владимир Иванов:
Совершенно возможная ситуация, что то, что ты придумал себе сегодня, завтра окажется нерелевантной выдумкой. Завиральной задумкой.
А к банковскому бизнесу немножко. Я представляю строительный сектор, мы все к вам ходим за банковскими гарантиями разного вида. Есть ли у среднего банка аппетит на сегодняшний день к риску выдавать банковские гарантии?
Сергей Балакин:
Полагаю, что вы профессионально и давно работаете в строительной сфере, и поэтому понимаете, что такое банковская гарантия. Есть иногда молодые предприниматели, которым кажется, что кредит – это понятная же история, его точно не дадут, а гарантия – это что-то такое, чего, в общем, ничего не стоит и ничего не значит для банков, к которым они обратились.
Поэтому напомню, что гарантия – это всё равно рисковый инструмент для банка, это инструмент, в котором кредитная организация обязуется исполнить обязательства за клиента в том случае, если он не смог, таким образом оценка риска выдаваемой банковской гарантии, в Фора-банке точно аналогична выдаче кредита.
Мы оцениваем, какова деловая репутация клиента, что он умеет. Ведь гарантией мы сегодня гарантируем исполнение обязательств по государственным контрактам, не государственным контрактам, коммерческим. И тем не менее это ситуация, когда клиент говорит – я вот это сделаю, осуществлю работу, построю, поставлю, если я этого не сделаю, то, получив, например, аванс, то я должен буду деньги вернуть, не верну – вернёт банк.
Поэтому оцениваем также, мы сегодня смотрим на то, что происходит в различных отраслях, та неопределённость, к которой мы с вами, Владимир, в разговоре коснулись, она касается в том числе и в строительстве, например, как правильно оценить сегодня себе стоимость будущего объекта. Очень непростой вопрос. Последние 4 года нас, конечно, многому научили, но это не значит, что мы уже это точно правильно делаем.
Поэтому аппетит у среднего банка к гарантиям есть, инструмент этот сегодня востребован и в силу закона. Коммерческих гарантии всё-таки меньше на рынке, но их становится больше, и это классическая деятельность банка. Банк – это торговля, управление риском. Гарантия – рисковый инструмент за кого-то на каких-то условиях взять обязательства. Это помогает работать предпринимателем, а для банка это хороший продукт. Мы умеем с ним работать.
Владимир Иванов:
О наличных деньгах. Статистика говорит о том, что резко увеличивается оборот наличных. В экономике у нас оказывается очень много денег лежит в кошельках, под матрасами, где-то ещё лежит. Как вы это объясните?
Сергей Балакин:
Причин несколько. Сначала попробую ответить на следующее. Почему вообще лежит? А потому что это исторически русскому человеку понятно, что это такое. И скорее, ментальность русская приводит к тому, что мы достаточно быстро забываем реформы 1961-1992-1993, потери какие-то от наличных денег 1998-го. Поэтому у русских людей исторически большое количество наличных денег.
Владимир Иванов:
Это называется словом недоверие. Вот вы любите слово доверие, а это элемент недоверия.
Сергей Балакин:
Я всё равно уйду через доверие, потому что это доверие к этому инструменту. Недоверие оставим другим людям. Наличные ли деньги? Здесь есть ещё золото в слитках, которое физическим лицам доступно, монеты, которые на сегодняшний день имеют оборот. Это понятный способ сохранения при доверии к этому инструменту.
Владимир Иванов:
То есть, на золото, как инвестор инструмента, вы не смотрите, вы говорите, что это способ сохранения?
Сергей Балакин:
Дай бог повезёт, пусть это будет и дополнительный доход, то есть, инвестиция, но всё-таки это способ сохранения, по-моему.
А второй момент, почему, вы спросили, увеличивается последнее время? Ну, здесь тоже много причин, они связаны с тем, что происходит сегодня в области связи, ведь наши безналичные деньги, мы уже привыкли, интернет есть, есть возможность оплатить. А если нет? А есть ли какие-то регионы, где его нет долго на сегодняшний момент? Это приводит к тому, что объективно наличных приходится людям иметь больше.
Подоставали дедушкины канистры для бензина за последнее время? Также и с наличными, их просто объективно есть больше.
Ну и то, что касается сегодня происходящего со сложностями в бизнесе, я думаю, что часть объёмов наличных денежных средств связана всё-таки с попыткой оптимизировать некоторую регуляторную нагрузку на бизнес, там тоже частично используется.
Владимир Иванов:
А кстати, какие-то скоринги, о которых сейчас часто говорит Федеральная налоговая служба, вы используете в своей оценке риск-профиля своего клиента?
Сергей Балакин:
У нас продвинутый Центральный банк, у нас очень продвинутая налоговая инспекция, и все выводы, которые они делают в отношении бизнеса, мы, несомненно, используем.
Мало того, наш уважаемый регулятор часть из этого считает нашей обязанностью, т.е. если что-то мы из имеющихся возможностей не использовали, это, может быть, поставлено банку в вину.
Владимир Иванов:
Ну это всему бизнесу, если ты плохо скорил своего поставщика. Ну в случае с бизнесом, а вы, видимо, должны клиента скорить.
Сергей Балакин:
Верно, то же самое. Это касается взаимоотношений с таможней, с клиентом любого рода, и применяется при оценке операций клиента на предмет соответствия 115 закону о противодействии финансированию терроризма, т.е. вот и там, и там, и там. Хорошо, что такие публичные сервисы, источники, объёмы информации есть.
Владимир Иванов:
Да, я с вами соглашусь, что уровень прозрачности, конечно, технологии привели в совершенно другое состояние. Если раньше надо было, газеты, подшивки какие-то смотреть или как-то это искать, то сегодня мы в 5 минут получаем огромный массив информации друг о друге.
Сергей, спасибо вам большое за разговор.
Понимаю, что жизнь среднего банка сегодня не сахар. Ну и как, в общем, наверное, любого среднего бизнеса в стране. Мы с вами не коснулись миллиона ещё тем, о которых можно было бы и было бы интересно поговорить. Большое вам спасибо.
