Биржа 2.0.  Кристина Тен и Армен Тадевосян

Ведущий:
Дорогие зрители, всем большой привет! С вами я, Золотова Дмитрий, АО Биржа ЦТС.
И мы продолжаем серию программ, посвященных перспективным товарным рынкам, и как биржевой механизм может интегрироваться в торговлю и помогать в развитии указанных товаров.

Сегодня у нас в гостях люди, которые превращают отходы в товары – председатель ассоциации переработчиков масложировых отходов Кристина Тен и Армен Тадевосян, директор по стратегии компании Эковей.

Расскажите, пожалуйста, про специфику вашего товара и как отходы превращаются в товары, еще и продаются?

Кристина Тен:
На прошлой неделе в биржевые списки АО ЦТС официально вошли новые продукты, такие как отработанное растительное масло, очищенное, и биокомпоненты для производства биотоплива. Это новый этап. Биотопливо для Российской Федерации — это редкая позиция, однако на текущий момент это становится трендом в силу международной регуляторики и в силу того, что Российская Федерация также следует этому веянию. То, что раньше считалось отходами, теперь получило биржевой статус. Это делает торги прозрачными и устанавливает цивилизованные правила торговли.

Ведущий:
И это ESG-повестка своеобразная, наверное?

Кристина Тен:
Совершено верно. Это и повестка, это и устойчивое развитие, это несколько видоизменилось на текущий момент, но остается также крайне актуальным.

Ведущий:
Расскажите подробнее про отработанное растительное масло. Давайте будем его называть ОРМ.

Кристина Тен:
Да, это более корректное название.

Армен Тадевосян:
Действительно, в нашем секторе, мы это называем ОРМ - отработано растительное масло, которое является, прежде всего, отходом четвертого класса опасности. Но после сбора и переработки мы доводим его до состояния биокомпонента, который в последующем используется для производства биотоплива. В Российской Федерации на сегодняшний день существует национальное производство биотоплива в промышленном масштабе. Пока достаточно маленькое, но есть планы масштабировать этот проект. Это необходимо всем нам для того, чтобы и Российская Федерация, и наши отечественные компании могли соответствовать международным углеродным нормам регулирования, которые развиваются ежегодно.
Могу напомнить, что с 27-го года вступает в силу схема по компенсации снижения выбросов парниковых газов в международной авиации, и в том числе российские авиакомпании должны будут получить определенный доступный экономический и технический инструмент для снижения углеродного следа от своих перевозок. И как раз устойчивое авиационное топливо, например, станет таким инструментом.

Ведущий:
Недавно я читал новость, Газпромнефть, по-моему, первый раз продала свое биотопливо, и уже первый самолет на этом биотопливе вылетел.

Армен Тадевосян:
Биосудовое топливо уже производится с 23-го года, на нем ходят морские танкеры. Тот продукт, который мы экспортируем, идет со сниженным углеродом следом от его логистики.
Что касается устойчивого авиационного топлива, то это разговоры очень близкого будущего. На сегодняшний день в России успешно протестирована первая партия Российского авиационного устойчивого топлива на стендовых условиях на двигателе. Следующими дальнейшими шагами будет создание системы сертификации данного топлива и дальнейшего использования.
В мире вообще устойчиво авиационное топливо используется достаточно давно. Прежде всего, это, конечно, Европейский Союз. У них биотопливная промышленность развита, она субсидируется государством, и за счет этого там заметен существенный прогресс.

Ведущий:
Получается, мы только начинаем в этом развиваться? Если уже есть мировой опыт, сможем ли мы его применить на нашем внутреннем рынке?

Армен Тадевосян:
Перспектива здесь заключается, прежде всего, в том, что у нас есть национальные цели развития Российской Федерации. Например, в части экологического благополучия. С прошлого года стартовал национальный проект «Технологическое обеспечение биоэкономики». В числе прочего там поставлена цель развивать биотопливную отрасль, то, чем мы как раз сегодня совместно занимаемся: и отдельные компании, и Ассоциация переработчиков масложировых отходов. Для нас важно вывести этот вектор развития на федеральный уровень, чтобы все игроки по цепочке: и генераторы отходов, переработчики, производители самого сырья и последующий производители вторичного продукта со сниженным углеродом следом, чем является биотопливо - были вовлечены в эту работу.

Ведущий:
Кристина, ваша ассоциация, получается, с этим всем компаниям помогает?

Кристина Тен:
Наша ассоциация объединяет компании, которые занимаются сбором отработанного растительного масла. Потому что, если отработанное растительное масло сливать в канализацию, будет катастрофа. А мы и члены нашей ассоциации занимаются сбором, переработкой, подготовкой отработанного растительного масла непосредственно для производства биокомпонента. Это целый процесс, который можно даже назвать магией, потому что действительно задействовано большое количество людей. И выход на биржу — это вишенка на торте, потому что теперь мы будем иметь прозрачные механизмы. Это очень важно, так как отработанные растительные масла — это наиболее понятный и доступный компонент для производства биотоплива.

Ведущий:
И опять же, мы будем понимать всю цепочку, как у нас строится цена конечного продукта. Рестораны и общепит будут понимать, за сколько они могут сдать свое отработанное масло, преобразовать его в дополнительный свой доход, а дальше уже за сколько сборщики-обработчики смогут это продать дальше по цепочке компаниям, которые будут производить само биотопливо.

Кристина Тен:
Да, вы совершенно правы. Потому что эти механизмы позволят нам сделать всю цепочку прозрачной. Очень важно, что мы будем иметь российский индикатор, а не индикатор зарубежный, на который мы можем ориентироваться. Плюс мы развиваем биотопливную повестку РФ.

Армен Тадевосян:
Здесь речь идет не только о биотопливной промышленности, но также о ряде других секторов Российской экономики, которые могут использовать отработанное растительное масло в своих операционных процессах. Здесь я говорю о нефтехимии, химии, мыловарении.
Вообще, в целом мы сейчас должны развивать биоэкономику. Это прямой сигнал и заказ нашего правительства, то, над чем мы работаем.
Первый этап здесь — это обеспечение сырьевой базы. Как раз отработанное растительное масло является тем важнейшим биосырьем, которое будет вовлекаться в процессы производства продуктов биоэкономики. Биотопливо — это одно важнейшее направление. Но также есть еще и другие направления.
Почему важно использовать отработанное растительное масло? Отработанное растительное масло в производственных цепочках, во-первых, позволяет сократить потребление первичного ресурса, а во-вторых, позволяет снизить углеродный след. Это сейчас мейнстримная тема. И нам важно, что те продукты высоких переделов, которые будут поступать на зарубежные рынки сбыта, мы потихоньку следим также за их углеродом следом. И вовлечение биомассы позволяет снижать углеродный след не только производства, но и конечного продукта.

Ведущий:
Рестораны охотно участвуют в этом процессе?

Армен Тадевосян:
Российский рынок отработанного растительного масла устроен таким образом, что из 100% генерации отработанного растительного масла можно выделить три крупных группы генераторов. Первое – это большая тройка фастфуда. Второе — это пищевые производства, заводы, и третье — это остальные рестораны, более мелкие сети, федеральные, региональные, локальные. Все они в общей сложности генерируют порядка 80 000 тонн ОРМ в год, из которого около 90%, к сожалению, утекает на западные рынки. Прежде всего, это европейский рынок. Почему? Там ценовой бенчмарк слишком высокий, потому что отрасль субсидируется государством, и европейские компании могут предлагать высокую стоимость за это сырье и перекупают практически весь ОРМ. Сегодня наша задача сохранить это важнейшее устойчивое сырье для целей национальной экономики Российской Федерации. Из-за того, что стоимость в Европе высокая, конечно, генераторы заинтересованы в том, чтобы именно продавать ОРМ.

Ведущий:
Конечно, именно отходы, а не готовые биокомпоненты, которые наверняка будут стоить дороже и принесет нашим компаниям дополнительные доходы в целом, как и в бюджет, а именно отходы покупают.

Армен Тадевосян:
Да, продаются именно отходы. Компании сборщики и переработчики забирают эти отходы. Как я сказал, 90% уходит, к сожалению, на зарубежные рынки. А остальное, та небольшая часть, которую нам удается сохранит – мы перерабатываем, отправляем некоторым клиентам в секторе нефтехимии, химии, ну и большую часть стараемся переработать именно в биокомпонент для последующего использования в биотопливной отрасли.

Ведущий:
Может, биржевые торги в целом покажут на государственном уровне, как происходит цепочка ценообразования и какой смысл расширять внутренний рынок, нежели продавать за какие-то копейки в недружественные государства. Мы как раз с ассоциацией этот вопрос проработаем после успешных торгов.

Кристина Тен:
Но здесь говорить о копейках не приходится, потому что цены на отработанное растительное масло крайне велики. И наша задача, почему именно биржевые механизмы помогут, сформировать рыночную цену, а не цены, которые нам диктует экономика других стран.
На текущий момент мы говорим о том, что даже при отсутствии субсидий со стороны государства в настоящий момент мы сохраняем сырье на российском рынке, и мы это сырье должны использовать для других отраслей, не только биотопливной, потому что мы видим интерес и в промышленной химии, и в нефтехимии. И это большой драйвер для того, чтобы развивать свою биоэкономику.

Ведущий:
Какие товары производятся помимо биотоплива?

Кристина Тен:
Биотопливо — это самый трендовый товар. Но также производится, например, компонент для биопластика, это нефтехимия. Это мыловарение, это лакокрасочная промышленность, это компоненты для производства линолеума. Отработанное растительное масло это триглицериды, которые вполне успешно применяются в разных отраслях. Но, к сожалению, экспортная альтернатива не дает нам развиваться внутри страны.
Это развивает целую отрасль. Это не противоречит пищевым цепочкам, - мы не выдёргиваем пищевое масло, чтобы производить из этого биотопливо, а мы правильным образом утилизирует отходы, и, соответственно, это снижает углеродный след конечного продукта. И это в целом положительно влияет и на сокращение выбросов СО2.

Ведущий:
Какая география сборщиков? Собирают по всей Российской Федерации, или больше центральные районы в этом задействованы?

Кристина Тен:
Нет, это происходит на всей территории Российской Федерации. Я более того скажу, что где-то в Магадане чебуречная прекрасно знает, что из отработанного растительного масла производится биотопливо.

Ведущий:
И может получить дополнительные доходы

Кристина Тен:
Да, и может получить дополнительные доходы. Увы, у нас система контроля пока еще не налажена, и каждый ресторан или каждая чебуречная самостоятельно определяет ценообразование. А вот биржевые механизмы и выход на биржу ЦТС нам позволит показать рынку и цену, и формирование этой цепочки, и все расходы, которые возникают при сборе отработанного растительного масла. Поэтому, отвечая на ваш вопрос: вся Российская Федерация собирает отработанное растительное масло, то есть все регионы в это вовлечены. И, как я уже сказала, у нас компании-сборщики по всей стране каждый день вывозят тысячи бочек отработанного растительного масла. И это целая отрасль.

Ведущий:
Мы продолжаем программу про перспективные товарные направления, одним из которых является отработанное растительное масло, и как биржевые торги помогут развитию такого рынка, в том числе помогут развитию не только биотоплива, но и в целом отходам. И как на этом зарабатывать?
С вами ведущий Дмитрий Золотов, акционерное общество Биржа ЦТС.
Напомню, у нас в гостях Кристина Тен, председатель Ассоциации переработчиков масложировых отходов и Армен Тадевосян, директор по стратегии компании Эковей.

Вот я обычный человек, я поел в ресторане или в общепите. Что дальше происходит с этим маслом, на котором приготовилась моя еда?

Армен Тадевосян:
Действительно, у людей существует определенный скепсис, и это понятно, потому что уровень осведомленности в этом вопросе достаточно низкий. Просто это новый сектор экономики, который зарождается на наших глазах. И поэтому наша роль здесь не только в производстве биокомпонента для биотоплива, но и в просвещении.
После того, как ресторан быстрого питания или пищевые производства использовали растительное масло - свежий продукт, оно становится отработанным растительным маслом, становится отходом. Тут включаются уже такие компании, как сборщики отработанного растительного масла, и забирают этот отход с предприятий.
У предприятий есть определенные технологические цепочки, и в соответствии с их стандартом они сливают отработанное растительное масло в специальной емкости. Если мы говорим о ресторанах, это обычно бочки по 50 литров, и с определенной периодичностью сборщик вывозит этот отход с предприятия.
Дальше есть две альтернативы: либо прямой экспорт, то, чем занимаются большинство компаний, либо уже это масло попадает на производственную площадку, как в нашем случае, где проходит определенные стадии переработки. В нашем случае сначала это отстаивание, потом многостадийная фильтрация и термообработка. Таким образом, мы перерабатываем отработанное растительное масло. Дальше для производства биокомпонента это сырье проходит определенный химический процессинг. Мы получаем биокомпонент, который в дальнейшем мы отправляем нашему партнеру на его производственную площадку, где из биокомпонента и традиционного топлива делается биотопливо.

Ведущий:
Т.е. биокомпоненты получаются на выходе, они стандартизированы? Нет разницы, будь то масло от картофеля фри или масло, на которых был пожарен стейк?

Армен Тадевосян:
Это наша задача, чтобы привести это сырье к определенным качественным характеристикам по запросу компании, которая в дальнейшем производит из биокомпонента биотопливо.

Ведущий:
У нас в стране на внутреннем рынке много потребителей такого биокомпонента, которые впоследствии делают биотопливо, а не перепродают его дальше?

Армен Тадевосян:
Мы являемся единственной компанией по производству биокомпонентов на сегодняшний день. И также существует, по сути, единственный проект по производству устойчивого топлива. В данном случае мы говорим о биосудовом топливе.

Ведущий:
Кристина, расскажите, а что дальше происходит, кто покупает биотопливо?

Кристина Тен:
Согласно мировому опыту, потребителями биотоплива являются несколько секторов. На текущий момент мы можем говорить о том, что это транспортные компании. Почему? Потому что международный тренд по снижению выбросов CO2 подразумевает вовлечение биотоплива. Биодизель производится из отработанного растительного масла. Следующий сектор — это биосудовое топливо. С 2023-го года в России существует проект по производству биосудового топлива. И самый интересный тренд на текущий момент — это производство устойчивого авиационного топлива по схеме CORSIA с 2027 года.
Поэтому Российская Федерация и компании, которые занимаются непосредственно сбором сырья отработанного растительного масла в России, мы частички очень большой системы. И на самом деле мы делаем большую работу для того, чтобы это сырье собрать, вернее, отходы. Очень важно, что это отход масложировой, его ни в коем случае нельзя сливать ни в канализацию, ни в посадку, за это есть наказание в законодательстве. А мы еще и даем отходам вторую жизнь.

Ведущий:
И возможность заработать компаниям.

Кристина Тен:
Совершено верно. Нам единственное, что очень важно — это прозрачное ценообразование. Чем мы занимаемся как раз с биржей ЦТС - выводим Российский ценовой индикатор, который позволит нам, возможно, эту отрасль стандартизировать по определенным параметрам.

Ведущий:
Члены ассоциации охотно заходят на биржевые торги?

Кристина Тен:
На самом деле за последний месяц уже несколько компаний вышли на биржу ЦТС, потому что мы разъясняем, для чего это нужно. И компании сборщики поддерживают идею создания прозрачного ценообразования и системы сбора масложировых отходов в Российской Федерации, которая бы была понятна всем и не только генератором, которые на текущий момент являются основными бенефициарами этой истории.
Как я уже говорила ранее, к сожалению, у нас не регламентировано ценообразование. Т.е. генератор самостоятельно устанавливает цену в зависимости от своих экономических показателей. А компании сборщики занимаются вывозом, и это тоже очень большой пул затрат. И вот биржа поможет нам сделать эту систему прозрачной и понятной.

Ведущий:
Компании, которые биотопливо производят, готовы выходить на биржу, чтобы покупать биокомпонент, и еще в дальнейшем продавать, может быть, биотопливо?

Кристина Тен:
Я думаю, что это крайне актуальная тематика. Это уже следующие шаги, к которым мы стремимся. У нас в России существует и производство биотоплива, но мы не зацикливается только на топливе, и мы вовлекаем прочие отрасли. Поэтому я считаю, что это перспективное направление с точки зрения того, что и потребитель выходит на рынок конечного продукта и продает свой же конечный продукт на бирже, что становится абсолютно полной цепочкой.

Ведущий:
Сейчас прозрачное ценообразование является своеобразным мейнстримом в развитии экономики в России. Те индикативы, которые будут получаться, конечно же, будут транслироваться в органы федеральной власти, которые, потом благодаря им будут рассчитывать, например, экспортные пошлины на отработанное масло. Но и для самих компаний, которые будут понимать, на каком этапе цена меняется, от чего это зависит, на каком этапе поменялась конъюнктура рынка и его ценообразование. Поэтому это очень важный вопрос. Спасибо большое, что вы занялись этим.
Действительно, благодаря совместной работе мы придем к общим большим результатам и достижениям.

Кристина Тен:
В это свято верим, поэтому делаем максимально для того, чтобы биотопливная отрасль Российской Федерации заиграла новыми красками.

Ведущий:
Армен, расскажите подробнее про вашу конкретно компанию Эковей. Вы сказали, что она является единственной, которая производит биокомпоненты. Как вообще вы к этому пришли? 

Армен Тадевосян:
Компании присутствует на рынке масложировых отходов уже более 10 лет. Исторически, как и большинство других компаний, мы занимались экспортом масложировых отходов. Но со временем, когда увидели, что в России нарастает определенный тренд в сторону производства продукции с высокой добавленной стоимостью внутри страны, т.е. мы уходим от экспортно сырьевой модели экономики к созданию технологического суверенитета, центра компетенций в стране и использования этого сырья именно для производства продукции глубоких переделов и уже экспорта этой продукции. Мы приняли для себя решение, что и наша бизнес-модель должна быть переориентирована в пользу интересов РФ.

В 24 году указом Президента принята национальная цель развития Российской Федерации. В исполнение их - мы говорили есть нацпроект «Технологическое обеспечение экономики», также есть федеральный проект «Экономика замкнутого цикла». Через эти проекты происходит стратегическая целеполагание в нашей стране. То есть правительство просит бизнес стать союзниками на пути построения устойчивого будущего. В нашем случае в нашем бизнесе устойчивое будущее — это использование биомассы на территории собственной страны, переработка этой биомассы во вторичный продукт со сниженным углеродом следом. Поэтому мы приняли для себя решение именно идти в сторону аккумуляции сырья в стране и создания этих устойчивых цепочек.
Экономика замкнутого цикла предполагает устойчивую цепочку от производства первичного продукта до производства вторичного продукта путем переработки отходов, которые происходят после использования первичного продукта. И нам важно на этом пути найти ответственные компании, которые были бы заинтересованы в этой цепочке. То есть, с одной стороны, это генератор отходов, который заинтересован не в максимизации прибыли путем экспорта это го отходы, а продажа этого отхода для получения в дальнейшем сырья и производства конечного продукта. И также нам был необходим на конце этой цепочки ответственный партнер, который был бы заинтересован в производстве конечного продукта с вовлечением этого переработанного сырья. Нам удалось такую цепочку построить. На сегодняшний день мы верим в масштабирование этого проекта и видим, что и со стороны бизнеса, и со стороны государства есть поддержка подобного рода инициативам.

Ведущий:
И, наверное, всем этим продвижением занимается ассоциация Кристины?

Армен Тадевосян:
Да, В том числе благодаря поддержке ассоциации удается продвигать определенные инициативы, которые способствуют наведению порядка на рынке. То есть наша задача сейчас сделать рынок масложировых отходов в стране цивилизованным, то, чем мы и занимаемся.

Ведущий:
Вот для этого, в том числе, помогут и биржевые торги. Ценообразование должно идти параллельно с этими процессами.

Кристина Тен:
Ассоциация на текущий момент взаимодействует с несколькими ФОИВами, очень активно продвигаем повестку, потому что видим, что тенденция будет только нарастать и увеличиваться, а Российская Федерация должна быть к этому готова. Поэтому мы, начиная с самого начала – с сырьевой базы, показываем государству, рассказываем и просвещаем, говорим, для чего нам всем это нужно.

Ведущий:
Кристина, Армен, спасибо вам большое, что смотрите вместе с нами в будущее.
И помимо того, что развиваете наш российский рынок вторичных отходов, при этом используете механизм биржевых торгов и прозрачного ценообразование, которое он дает. Вместе с вами мы сможем добиться больших результатов и сделать первые индикаторы на такую продукцию. Спасибо, что приняли участие!